nu57

Комментарий к этому:

The coldest winter I ever spent was a summer in San Francisco.

(Высказывание, приписываемое Марку Твену)

В Нью-Йорке удивительно выделяются краски и совершенно другой тон электрического света. Я не знаю, почему это, но мне здесь все напоминает раскрашенную фотографию... Уже на пароходной пристани меня поразили таможенные чиновники. Когда они раскрыли мой чемодан и увидели две пары боксерских перчаток, два чиновника надели их и стали боксировать. Третий чиновник заинтересовался моей коллекцией бабочек... Когда бокс и разговор о бабочках закончились, чиновники предложили мне закрыть чемодан и ехать.

(Из интервью Набокова Николаю Аллу, «Новое русское слово», 1940)

Если весь мир – театр, то Нью-Йорк, да и вся Америка, - один большой Голливуд. Не «раскрашенная фотография», как у Набокова, а фотография ожившая, когда Кинг-Конг и динозавры воспринимаются естественными обитателями пейзажа. Всё играет и притворяется не тем, что оно есть: лето – зимой, таможенники – боксёрами и любителями бабочек. Всё напоминает что-то другое; всё ненастоящее, «как будто». Мир спецэффектов, гигантских игрушек и иллюзий.

Об одной из таких игрушек, воплощённых в архитектуре – небоскрёбе Утюг – рассказала

sophiko

Другая – здание музея Гуггенхайма: Вавилонская башня (зиккурат), перевёрнутая вниз головой любившим играть в кубики ребёнком Франком Ллойдом Райтом. В противоположность поднимающимся в поте лица строителям Вавилонской башни, посетители музея начинают осмотр с верхнего этажа, на который они взмывают на лифте, и осматривают экспозицию, легко и беззаботно спускаясь вниз.


Музей Гуггенхайма в Нью-Йорке, архитектор Ф.Л.Райт (F.L.Wright), 1957-59	Вавилонская башня, Питер Брейгель ст., 1563

Зеркала для облицовки наружных стен зданий используются, конечно, не только в Америке. Будапештский отель «Хилтон», построенный внутри средневекового Рыбацкого бастиона, покрыт зеркалами для того, чтобы раствориться в окружающих его старинных постройках и таким образом исчезнуть. В Нью-Йорке зеркала ничего не скрывают - напротив, искривлённое зеркало используется для создания неожиданного спецэффекта:


Пизанская башня по-Нью-Йоркски: вертикальное здание, отражённое в кривом зеркале.	Романская церковь Маттиаса (XIII в.), отражённая в стене гостиницы «Хилтон». Замковая гора, Будапешт.

Фальшь-росписи стен и потолков появились ещё в 1-ом веке до н.э. (их нашли при раскопках Помпеи), и возродились в Италии в эпоху кватроченто. Художники Ренессанса (первым из которых был Андреа Мантенья) хотели таким образом продемонстрировать своё совершенное владение перспективой и светотенью, так сказать, «поиграть мускулами», а вовсе не ввести кого-то в заблуждение. То ли дело в Америке, где иллюзии оживают и выходят из кинотеатров на улицы!

Стена-обманка на улице Ньюбери в Бостоне: «нарисуем – будем жить».


Пространственно- иллюзионистическая фреска Андреа Мантеньи на стене палаццо Дукале в Мантуе. Колонны на картине являются продолжением реальных архитектурных деталей. 1474.	Первый потолок, симулирующий открытое пространство. Андреа Мантенья, палаццо Дукале, Мантуя, 1473.	Первый в Голландии иллюзионистский потолок. «Группа музыкантов на балконе», Геррит ван Хонторст, 1622

В советские времена, когда из всех искусств для нас важнейшим являлось кино, жажда наглядности выражалась в агитплакатах. Стране победившего Голливуда страсть ко всеобщей визуализации тоже не чужда.


Скульптурная группа на центральной автобусной станции в Нью-Йорке, наглядно демонстрирующая, как правильно стоять в очереди – не касаясь друг друга, соблюдая пресловутую американскую privacy.	"Больше прочных тканей и красивых изделий!"

За отсутствием собственной готики – бутафорская псевдоготика:

Псевдоготический собор Св. Патрика на 5-ой авеню в Нью-Йорке. Вторая половина 19-го века.

Игрушечный Ренессанс? – No problem!

Ежегодный Ренессансный фестиваль в штате Нью-Йорк: огромный кусок леса, застроенный домами шекспировских времён и населённый странствующими монахами, рыцарями, шутами и менестрелями.

Деревья тоже одержимы страстью к подражанию:

Дерево, копирующее лестницу на доме. Гринвич виллидж, Нью-Йорк

Ещё один спецэффект - знаменитые принстонские чёрные белки. Согласно легенде, они были выведены в результате антигуманного и антинаучного эксперимента на факультете биологии. Говорят также, что их принимают в Принстон на основании affirmative action.

Чёрная белка перед колледжем в Принстоне

Неконвенционально ведущие себя растения и фонтаны в садах Лонгвуд в Пенсильвании:


Большие игрушки из растений. Топиарий в садах Лонгвуд.	Фонтаны, «танцующие» под музыку. Сады Лонгвуд.

Высочайшие секвойи с голыми стволами, похожие на колонны фантастического храма – декорация? «Время, которое мы рассекаем на дни, часы и минуты, теряет всякое значение в таком месте, как это. Вот лес, который был молод в то время, когда сама жизнь была молода. Вот деревья, которые уже простояли тысячелетие, а то и два, - и все же они переживут вас еще на тысячу лет" - Филип Хайд и Франсуа Лейде, «Последние леса секвойи».

Секвойи высотой больше 100 метров, Мюир Вудс, Калифорния

Ещё одна большая игрушка:


Скульптура Эйнштейна работы Роберта Беркса перед зданием Академии Наук в Вашингтоне.

Не говоря уже о реальных персонажах, соседствующих с фантастическими, как в Мульттауне Роберта Земекиса:


Кролик Роджер в ожидании Джессики. Сады Лонгвуд, Пенсильвания.	“Who Framed Roger Rabbit”, режиссёр R. Zemeckis

Иллюминации и лазерные шоу вперемежку с реальностью:


Рождественская иллюминация у Рокфеллер-центра, Нью-Йорк	Рождественское лазерное шоу на потолке вокзала Гранд Централ в Нью-Йорке	Лазерное шоу Маника Соркара «Назад в будущее». Гранд Джанкшн, Колорадо

Disclaimer: и всё же, продолжая начатое мистером Чендлером сравнение современной архитектуры с классической, снисходительно посмеиваясь над наивностью американцев, их любовью к игрушкам и эффектам, будем помнить набоковское: «В воображаемом единоборстве americus versus homericus приз за человечность получит первый».