![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Entry tags:
"... и о львах, что стоят над деревнями"
Как про Африку и львов, так даже Маршак не может избежать Гумилёва.
Если не знать, легко не заметить, где кончается один и начинается другой.
Львица
Какое туманное лето
В неласковой этой стране!
Я в теплое платье одета,
Но холодно, холодно мне!
Меня называют дикаркой
За то, что сижу я в тоске,
Мечтая об Африке жаркой,
О мягком, горячем песке.
Я встретила здесь крокодила.
Он мне улыбнулся, как друг.
"Ты хочешь, - его я спросила, -
К бананам и пальмам на юг?
Ты помнишь дворец великанов,
В бассейне серебряных рыб,
Аллеи высоких платанов
И башни из каменных глыб?
Как конь золотистый у башен,
Играя, вставал на дыбы,
И белый чепрак был украшен
Узорами тонкой резьбы?
Ты помнишь, у облачных впадин
С тобою нашли мы карниз,
Где звёзды, как горсть виноградин,
Стремительно падали вниз?"
"Дитя, - отвечал он уныло, -
Не видеть родной мне земли!"
И слезы из глаз крокодила
По черным щекам потекли.
Но мы до сих пор не забыли,
Хоть нам и дано забывать,
То время, когда мы любили,
Когда мы умели летать.
Написано в 1910, через два года после первой поездки в Абиссинию - да, в ту самую, которая "с отдыхающей львицею схожа". Ахматова говорила, что это стихотворение о ней. Тоже, конечно, львица, дикарка.
Если не знать, легко не заметить, где кончается один и начинается другой.
Львица
Какое туманное лето
В неласковой этой стране!
Я в теплое платье одета,
Но холодно, холодно мне!
Меня называют дикаркой
За то, что сижу я в тоске,
Мечтая об Африке жаркой,
О мягком, горячем песке.
Я встретила здесь крокодила.
Он мне улыбнулся, как друг.
"Ты хочешь, - его я спросила, -
К бананам и пальмам на юг?
Ты помнишь дворец великанов,
В бассейне серебряных рыб,
Аллеи высоких платанов
И башни из каменных глыб?
Как конь золотистый у башен,
Играя, вставал на дыбы,
И белый чепрак был украшен
Узорами тонкой резьбы?
Ты помнишь, у облачных впадин
С тобою нашли мы карниз,
Где звёзды, как горсть виноградин,
Стремительно падали вниз?"
"Дитя, - отвечал он уныло, -
Не видеть родной мне земли!"
И слезы из глаз крокодила
По черным щекам потекли.
Но мы до сих пор не забыли,
Хоть нам и дано забывать,
То время, когда мы любили,
Когда мы умели летать.
Написано в 1910, через два года после первой поездки в Абиссинию - да, в ту самую, которая "с отдыхающей львицею схожа". Ахматова говорила, что это стихотворение о ней. Тоже, конечно, львица, дикарка.
no subject
no subject
no subject
Вчера Крокодил улыбнулся так злобно,
Что мне до сих пор за него неудобно.
no subject
Гусь свиньекрокодил мухе не товарищ.no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
А история с "изначально подписи" в дневниках Чуковского описана так (я её уже цитировал в жж, но мы тогда ещё не были знакомы):
Была у меня секретарша Памбэ (Рыжкина). Она отыскала где-то английскую книжку о детенышах разных зверей в зоопарке. Рисунки были сделаны знаменитым английским анималистом (забыл его имя). Памбэ перевела эту книжку, и я отнес ее Клячке в "Радугу". Клячко cогласился издать эту книгу (главным образом из-за рисунков). Увидал книгу Памбэ Маршак. Ему очень понравились рисунки, и он написал к этим рисункам текст - так возникли "Детки в клетке", в первом издании которых воспроизведены рисунки по английской книге, принесенной в издательство Рыжкиной-Памбэ, уверенной, что эти рисунки будут воспроизведены с ее текстом.
В то время и значительно позже хищничество Маршака, его пиратские склонности сильно бросались в глаза. Его поступок с Фроманом, у которого он отнял переводы Квитко, его поступок с Хармсом, и т.д.
Заметив все подобные качества Маршака, Житков резко порвал с ним отношения. И даже хотел выступить на Съезде детских писателей с обвинительной речью. Помню, он читал мне эту речь за полчаса до Съезда, и я чуть не на коленях умолил его, чтобы он воздержался от этого выступления. Ибо "при всём при том" я не мог не видеть, что Маршак великолепный писатель, создающий бессмертные ценности, что иные его переводы (например, Nursery Rhymes) производят впечатление чуда, что он неутомимый работяга, и что у него есть право быть хищником. Когда я переводил сказки Киплинга "Just so stories", я хотел перевести и стихи, предваряющие каждую сказку. Удалось мне перевести всего четыре строки: "Есть у меня четвёрка слуг" и т. д. Эти строки я дал Маршаку, он пустил их в оборот под своей подписью, но не могу же я забыть, что все остальные строки он перевёл сам и перевёл их так, как мне никогда не удалось бы перевести. Он взял у Хармса "Жили в квартире 44" - и сделал из этого стихотворения шедевр.
no subject
Да, мне тоже всегда казалось, что у него есть "право быть хищником". Но когда почитала немножко Шекспира по-английски, всё же стало обидно, что с некоторыми оригиналами он так вольно-хищнически обошелся в переводе.
А известно, что в "жили в квартире 44" от Хармса, а что от Маршака?
no subject
no subject
http://jenya444.livejournal.com/238645.html
no subject
Противопоставление оптимистичности слов и грустности мелодии - или более обще, трагичности содержания и веселости формы - интересная тема, и с давней историей. От всяких мистерий и данс макабр до современного черного юмора, семейки Адамс и анекдотов про "однажды сын убил маму и закопал..." Наверно, люди смеются над страшными и грустными вещами, чтобы преодолеть страх перед ними. И ещё из чувства стиля - чтобы пафосность не зашкаливала. И чтобы горе оставалось в чистом виде и не размывалось - "оставь меня, но не в последний миг, когда от мелких бед я ослабею. Оставь сейчас, чтоб сразу я постиг, что это горе всех невзгод больнее," - а не то получаются плакальщицы на похоронах.
no subject
no subject
http://kid-book-museum.livejournal.com/101253.html
(Автор записи, юзер vnu4ka, много лет занимается сайтом, посвящённым Маршаку. Из-за сочетания этого факта и её юзернейма многие в жж думали, что она его внучка, но потом она написала в "верхней записи", что "даже не родственница".)
no subject
Любопытно, а такой вариант тоже можно назвать центоном или центон - это только когда чересполосица?
no subject
no subject